• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
01:34 

Я читаю твое письмо...

Я читаю твое письмо и смотрю в окно.
За окном проливной июнь, за окном темно.
И качается свет бессонного ночника
Над листом бумаги, как крылышко мотылька.

А ты пишешь мне про белую ночь,
Про меня в ночи, про совсем не прочь,
Про любить и ноныче и тогда,
Про проклятое никогда.

Я не знаю, с чего ты взял, будто ночь бела.
Темнота на меня таращится из угла.
И дразня ее, дивится мой мотылек,
Как я тщусь оценить по достоинству стиль и слог.

А ты пишешь мне, за какою такой,
Непонятно, блажью или тоской,
А я читаю, будто бы вату ем -
Мотылек меня разбери зачем...

Я читаю твое письмо до рассвета, до
Пресловутых мальчиков цвета, пардон, бордо.
Ибо выбора нет, ибо я не могу никак
Темноте скормить дрожащего мотылька.

Ольга Макеева

14:29 

Разговор с тенью.

manya-panda
panda
Белый пух, горячий ветер...
- Спишь?
- Скажи, зачем мы здесь?
- По секрету?
- По секрету.
- Спички есть?
- Конечно, есть.
- Чиркни спичкой, станет ясно:
мы пришли...
- Не надо вслух!
- ...чтобы вспыхнуть и погаснуть,
словно тополиный пух.
- Что ты! Тише! Будет вечер,
чай, пирог, луна в окне,
чашку в руки, плед на плечи...
- Вечер - твой, а вечность - мне?
- Вечер - наш, а вечность - к черту.
- Чиркни спичкой.
- Ты опять?
- Проще быть живым, чем мертвым,
проще плакать, чем молчать.
Вдох. Как граппа ветер крепок.
- Я почти исчез, а ты?
Самый сладкий, напоследок,
выдох - время жечь мосты.

14:01 

Понимаешь, это - моя война...

manya-panda
panda
Понимаешь, это - моя война,
это только моя война.
Я ее развязал на границах чужого сна.

Понимаешь, я очень хочу проиграть,
до смешного хочу проиграть,
сдаться в плен и спокойно спать.

Понимаешь, но все на моей стороне
в этом чужом, беспокойном сне,
и победа сама в руки просится мне.

Понимаешь, это моя война,
это только моя война.
Пядь за пядью
отвоевана
тишина.



21:06 

Аль-Мутанабби

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Подобен сверканью души моей блеск моего клинка:

Разящий, он в битве незаменим, он — радость для смельчака,



Как струи воды в полыханье огня, отливы его ярки,

И как талисманов старинных резьба, прожилки его тонки.



А если захочешь ты распознать его настоящий цвет,

Волна переливов обманет глаза, как будто смеясь в ответ.



Он тонок и длинен, изящен и строг, он — радость моих очей,

Он светится радугой, он блестит, струящийся, как ручей.



В воде закалились его края и стали алмазно тверды,

Но стойкой была середина меча — воздерживалась от воды.



Ремень, что его с той поры носил, истерся — пора чинить,

Но древний клинок сумел и в боях молодость сохранить.



Так быстро он рубит, что не запятнать его закаленную гладь,

Как не запятнать и чести того, кто станет его обнажать.



О ты, вкруг меня разгоняющий тьму, опора моя в бою,

Услада моя, мой весенний сад,— тебе я хвалу пою.



Мой яростный блеск, когда ты блестишь, это — мои дела,

Мой радостный звон, когда ты звенишь, это — моя хвала.



Живой, я живые тела крушу, стальной, ты крушишь металл,

И, значит, против своей родни каждый из нас восстал.



Ношу я тебя не затем, чтобы всех слепила твоя краса,

Ношу наготове тебя, чтоб рубить шеи и пояса.



Считает излишними старец-меч пять ежедневных молитв

Готов даже в храме он кровь пролить - жаждет великих битв



В разгаре сражения этим мечом - вражеских львов бодни -

не меч отпрянет от брони, сами отпрянут они!



О молниях в небе заставит забыть молния в длани моей

И долго пропитанной кровью земле не нужно будет дождей.


23:57 

олди

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Небо режется красным,
Но останется синим.
Небо видится страстным,
Но достанется сильным.

22:10 

Дамы и господа! Здесь и далее - Илья "Чёрт"!

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Есть в мире много языков,
Но совершенный среди них
Всего один. И в нём нет слов,
Но в каждом звуке - стих.

На нём умеют говорить
Все люди, всё живое,
При этом ближнему дарить
Тепло, помножив вдвое.

Вы не поверите, но всяк
Уже давно к нему привык,
Считает каждый, что пустяк -
Молчания язык.

08:24 

Конец прекрасной эпохи (1969)

Шато Марго
Потому что искусство поэзии требует слов,
я -- один из глухих, облысевших, угрюмых послов
второсортной державы, связавшейся с этой, --
не желая насиловать собственный мозг,
сам себе подавая одежду, спускаюсь в киоск
за вечерней газетой.

Ветер гонит листву. Старых лампочек тусклый накал
в этих грустных краях, чей эпиграф -- победа зеркал,
при содействии луж порождает эффект изобилья.
Даже воры крадут апельсин, амальгаму скребя.
Впрочем, чувство, с которым глядишь на себя, --
это чувство забыл я.

В этих грустных краях все рассчитано на зиму: сны,
стены тюрем, пальто; туалеты невест -- белизны
новогодней, напитки, секундные стрелки.
Воробьиные кофты и грязь по числу щелочей;
пуританские нравы. Белье. И в руках скрипачей --
деревянные грелки.

Этот край недвижим. Представляя объем валовой
чугуна и свинца, обалделой тряхнешь головой,
вспомнишь прежнюю власть на штыках и казачьих нагайках.
Но садятся орлы, как магнит, на железную смесь.
Даже стулья плетеные держатся здесь
на болтах и на гайках.

Только рыбы в морях знают цену свободе; но их
немота вынуждает нас как бы к созданью своих
этикеток и касс. И пространство торчит прейскурантом.
Время создано смертью. Нуждаясь в телах и вещах,
свойства тех и других оно ищет в сырых овощах.
Кочет внемлет курантам.

Жить в эпоху свершений, имея возвышенный нрав,
к сожалению, трудно. Красавице платье задрав,
видишь то, что искал, а не новые дивные дивы.
И не то чтобы здесь Лобачевского твердо блюдут,
но раздвинутый мир должен где-то сужаться, и тут --
тут конец перспективы.

То ли карту Европы украли агенты властей,
то ль пятерка шестых остающихся в мире частей
чересчур далека. То ли некая добрая фея
надо мной ворожит, но отсюда бежать не могу.
Сам себе наливаю кагор -- не кричать же слугу --
да чешу котофея...

То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом,
то ли дернуть отсюдова по морю новым Христом.
Да и как не смешать с пьяных глаз, обалдев от мороза,
паровоз с кораблем -- все равно не сгоришь от стыда:
как и челн на воде, не оставит на рельсах следа
колесо паровоза.

Что же пишут в газетах в разделе "Из зала суда"?
Приговор приведен в исполненье. Взглянувши сюда,
обыватель узрит сквозь очки в оловянной оправе,
как лежит человек вниз лицом у кирпичной стены;
но не спит. Ибо брезговать кумполом сны
продырявленным вправе.

Зоркость этой эпохи корнями вплетается в те
времена, неспособные в общей своей слепоте
отличать выпадавших из люлек от выпавших люлек.
Белоглазая чудь дальше смерти не хочет взглянуть.
Жалко, блюдец полно, только не с кем стола вертануть,
чтоб спросить с тебя, Рюрик.

Зоркость этих времен -- это зоркость к вещам тупика.
Не по древу умом растекаться пристало пока,
но плевком по стене. И не князя будить -- динозавра.
Для последней строки, эх, не вырвать у птицы пера.
Неповинной главе всех и дел-то, что ждать топора
да зеленого лавра.


Иосиф Бродский

21:16 

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Седина в моей короне, брешь в надежной обороне,
Поздней ночью грай вороний сердце бередит,
Древний тополь лист уронит, - будто душу пальцем тронет,
И душа в ответ застонет, скажет: «Встань! Иди..»

Я - король на скользком троне, на венчанье – посторонний,
Смерть любовников в Вероне, боль в пустой груди,
Блеск монетки на ладони, дырка в стареньком бидоне,
Мертвый вепрь в Калидоне, - в поле я один,

Я один, давно не воин, истекаю волчьим воем,
Было б нас хотя бы двое.. Боже пощади!
Дай укрыться с головой, стань травою, стал молвою,
Палой, желтою листвою, серебром седин,

Дай бестрепетной рукою горстку вечного покоя,
Запах вялого левкоя, кружево гардин,
Блеск зарницы над рекою, - будут тяжело, легко ли,
Все равно игла уколет, болью наградит,

Обожжет, поднимет в полночь, обращая немощь в помощь –
Путь ни сердцем, ни на ощупь неисповедим!
Здесь ли, где-то, юный, старый, в одиночку или стаей,
Снова жизнь перелистаю, раб и господин,

Окунусь в огонь ристалищ, расплещусь узорной сталью,
Осушу родник Кастальский, строг и нелюдим, -
Кашель, боль, хрустят суставы, на пороге ждет усталость,
«Встань!» - не стану. «Встань!» - не встану.
«Встань!» - встаю. «Иди…»

21:13 

КАСЫДА О ВЕЛИЧИИ

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Величье владыки не в мервских шелках, какие на каждом купце,
Не в злате, почившем в гробах-сундуках — поэтам ли петь о скупце?

Величье не в предках, чьей славе в веках сиять заревым небосклоном,
И не в лизоблюдах, шутах-дураках, с угодливостью на лице.

Достоинство сильных не в мощных руках — в умении сдерживать силу,
Талант полководца не в многих полках, а в сломанном вражьем крестце.

Орлы горделиво парят в облаках, когтят круторогих архаров,
Но все же: где спрятан грядущий орел в ничтожном и жалком птенце?!

Ужель обезьяна достойна хвалы, достойна сидеть на престоле
За то, что пред стаей иных обезьян она щеголяет в венце?

Да будь ты хоть шахом преклонных годов, владыкой племен и народов,—
Забудут о злобствующем глупце, забудут о подлеце.

Дождусь ли ответа, покуда живой: величье — ты средство иль цель?
Подарок судьбы на пороге пути? Посмертная слава в конце?

09:28 

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Каждый сам себе судья,
Не суди, судим не будешь.
Не говори какой я,
Глядя на других себя забудешь.
Кто безгрешен из нас
Ведь любой не подарок,ты знаешь,
Нельзя жить напоказ,
Не живешь а в жизнь играешь,
Ты не в праве наказывать тех,
Кто признал сам ошибки былые
Даже небо любому простит его грех
И в праве ль напоминать о нем другие?

20:00 

Иващенко и Васильев

Непорочная дева
Всё идёт по плану.
Я жил

Я жил забыл уж сколько тысяч лет,
Немало в жизни перевидел.
Не раз рождался я на свет
Знавал победы, беды и обиды...
И как умел, уразумел: конца у жизни нет.

Я жил, я был задолго до меня.
Свой путь осилил я не сразу.
Я дух и тело обронял,
Терял рассудок свой и разум.
Я жил да был, менялся сам и все вокруг менял.

Я себя другим не помню,
Я себя другим не знаю,
Только верится легко мне
В то, что был и до меня я,
В то, что жил и до меня я...

Я был, я был, я был, я был...
Я буду, буду, буду, буду...
Хоть все, что было я забыл,
А то, что есть, родившись вновь, забуду,
Я быть назначен отрывным календарем судьбы.

Мне быть и в старом быть и молодом ?
Во всех потомках понемножку.
С гармошкой быть и долотом,
С бутылкою вина и с ложкой.
Мне жить да быть и не тужить и после, и потом.

Жить я буду после смерти
Жить я буду непременно.
Вы поверьте, вы поверьте:
Я к себе прийду на смену,
Сам к себе прийду на смену...

Я кадр в многосерийнешем кино,
Снежинка в бешеной метели...
Те я, что умерли давно,
И те я, что родится не успели,
Все вместе - человечество единое одно.


21:11 

галич

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Я вышел на поиски бога
В предгорье уже рассвело
А нужно мне было не много
Две пригоршни глины всего

И с гор я спустился в долину
Развел над рекою костер
И красную вязкую глину
В ладонях размял и растер

Что знал я в ту пору о боге?
На тихой заре бытия
Я вылепил руки и ноги
И голову вылепил я

И полон предчувствием смутным
Мечтал я при свете огня
Что будет он добрым и мудрым
Что он пожалеет меня

Когда ж он померк, этот длиный
День страхов, надежд и скорбей
Мой бог, сотворенный из глины
Сказал мне:
Иди и убей….

И канули годы
И снова
Все так же, но только грубей,
Мой бог, сотворенный из слова
Твердил мне:
Иди и убей!

И шел я дорогою праха,
Мне в платье впивался репей
И бог, сотворённый из страха
Шептал мне:
Иди и убей!

Но вновь я печально и строго
С утра выхожу за порог
На поиски доброго бога
И ах - да поможет мне бог!

22:37 

Борис Пастернак.

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Никого не будет в доме
Кроме сумерек. Один
Зимний день в сквозном проеме
Незадернутых гардин

Только белых мокрых комьев
Быстрый промельк маховой
Только крыши, снег и, кроме
Крыш и снега - никого

И опять зачертит иней
И опять завертит мной
Прошлогоднее унынье
И дела зимы иной

Но нежданно по портьере
пробежит вторженья дрожь
Тишину шагами меря
Ты, как будущность, войдешь

Ты появишься у двери
В чем-то белом, без причуд
В чем-то впрямь из тех материй
Из которых хлопья шьют

15:37 

Михаил Щербаков

Непорочная дева
Всё идёт по плану.
МОЁ КОРОЛЕВСТВО 1

По осенним годам тяжела тишина,
словно кто-то вот-вот постучится.
И пускай уж зима, если будет весна.
А не дай Бог, весны не случится!
И уже не спасают ни дом, ни очаг,
не влекут корабли и вагоны.
И то слева, то справа на штатских плечах
проступают погоны.
Впереди темнота, позади ничего.
И горит человек в беспокойстве.
И гудят беспокойные мысли его
об ином социальном устройстве.

Он прочёл, разбирая санскрит и латынь,
о властителях вольных и диких.
Он, скитаясь, бродил по обломкам святынь,
по руинам империй великих.
Меж времён и племён он искал без конца
вариант идеального строя.
Но нигде не нашёл для себя образца
и не встретил покоя.
И теперь в захолустье, в трущобе, в дыре,
отыскав подходящее место,
совершенно один, на пустом пустыре,
он возводит своё королевство.

Кропотливо, ценою большого труда,
он рисует проекты и карты.
Он один воздвигает свои города
и свои водружает штандарты.
И, шагая под знаменем скорбной любви,
он навек упраздняет погоны.
Как январь белоснежны его корабли,
и прекрасны законы.

И, хотя он не скрыт от порочной среды
и от мрака жестоких наследий,
если грянет беда, то причиной беды
будет только коварство соседей.
Он один, беззащитен, высок, умудрён,
мастерит, укрепляет и лепит.
А потом отрешённо восходит на трон...
И в душе его трепет.

1986

00:09 

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Чужая боль - дворняга грязная.
Не трогай, детка! А вдруг заразная?
Не гладь! Испачкаешь ладошки!
Зачем? Иди другой дорожкой!
А детка подрастает, зная:
Так проще - жить, не замечая.
К чему тащить чужую ношу?
Делить беду? Придумал тоже!
Сам разбирай - не мне же больно!
С меня своих проблем довольно!
И так и дальше - жить в покое,
Делить всё на свое и на чужое,
Чужую боль в упор не замечают,
Забыв одно: бездушье не прощают.

07:09 

Касыда случайной улыбки

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
Говорят, что есть рай, говорят, что есть ад,
После смерти туда попадешь, говорят,

В долг живем на земле, взявши душу взаймы,
И надеждами тщетными тешимся мы.

Но, спасаясь от мук и взыскуя услад,
Невдомек нам, что здесь — тот же рай, тот же ад!

Золоченая клетка дворца — это рай?
Жизнь бродяги и странника — ад? Выбирай!

Или пышный дворец с изобильем палат
Ты, не глядя, сменял бы на драный халат?! —

Чтоб потом, у ночных засыпая костров,
Вспомнить дни, когда был ты богат, как Хосров,

И себе на удачу, себе на беду,
Улыбнуться в раю, улыбнуться в аду!

07:00 

Баллада двойников

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
...Левая рука - правою,
Ложь у двойника - правдою,
Исключенье - правилом,
Лакомство - отравою.
Огорчаю?
Нет! -
Радую..

...Правая рука - левою,
Шлюха станет королевою,
Трясогузка - лебедью,
Бедность - нивой хлебною.
Отступаю?
Нет! -
Следую...

...в зеркале глаза - разные.
Позже ли сказать?
Сразу ли?!
Словом или фразою,
Мелом или краскою?
Сострадаю?!
Нет! -
Праздную...

22:19 

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
КАСЫДА О БЕССИЛИИ



Я разучился оттачивать бейты. Господи, смилуйся или убей ты! --
чаши допиты и песни допеты. Честно плачу.

Жил, как умел, а иначе не вышло. Знаю, что мелко, гнусаво, чуть слышно,
знаю, что многие громче и выше!.. Не по плечу.

В горы лечу -- рассыпаются горы; гордо хочу -- а выходит не гордо,
слово <<люблю>> -- словно саблей по горлу. Так не хочу.

Платим минутами, платим монетами, в небе кровавыми платим планетами,--
нет меня, слышите?! Нет меня, нет меня... Втуне кричу.

В глотке клокочет бессильное олово. Холодно. Молотом звуки расколоты,
тихо влачу покаянную голову в дар палачу.

Мчалась душа кобылицей степною, плакала осенью, пела весною,--
где ты теперь?! Так порою ночною гасят свечу.

Бродим по миру тенями бесплотными, бродим по крови, которую пролили,
жизнь моя, жизнь -- богохульная проповедь! Ныне молчу.

22:18 

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
От пророков великих идей до пороков безликих людей.
Ни минута, ни день -- мишура, дребедень, ныне, присно,
всегда и везде.

От огня машрафийских мечей до похлебки из тощих грачей.
Если спросят: <<Ты чей?>>, отвечай: <<Я ничей!>>
и целуй суку-жизнь горячей!

Глас вопиющего в пустыне
Мне вышел боком:
Я стал державой, стал святыней,
Я стану богом,
В смятеньи сердце, разум стынет,
Душа убога...
Прощайте, милые:
я -- белый воск былых свечей!

От ученых, поэтов, бойцов, до копченых под пиво рыбцов.
От героев-отцов до детей-подлецов -- Божий промысел,
ты налицо!

Питьевая вода -- это да! Труп в колодце нашли? Ерунда!
Если спросят: <<Куда?>>, отвечай: <<В никуда!>>;
это правда, и в этом беда.

Грядет предсказанный День Гнева,
Грядет День Страха:
Я стал землей, горами, небом,
Я стану прахом,
Сапфиром перстня, ломтем хлеба,
Купцом и пряхой...
Прощайте, милые:
И в Судный День мне нет суда!

Пусть мне олово в глотку вольют, пусть глаза отдадут
воронью --
Как умею, встаю, как умею, пою; как умею, над вами смеюсь.

От начала прошлись до конца. Что за краем? Спроси мертвеца.
Каторжанин и царь, блеск цепей и венца -- все бессмыслица.
Похоть скопца.

Пороги рая, двери ада,
Пути к спасенью --
Ликуй в гробах, немая падаль,
Жди воскресенья!
Я -- злая стужа снегопада,
Я -- день весенний...
Прощайте, милые:
Иду искать удел певца!

20:54 

Абу-т-Тайиб аль Мутанабби

Puss_in_boots
Not mr. Friendly
До каких же вершин я теперь поднимусь
И кого из земных я царей устрашусь
Если всё на земле, если всё в небесах,
Всё, что создал Аллах и не создал Аллах
Для моих устремлений ничтожней, бедней
Чем любой волосок на макушке моей!

Скажи слово друг и войди

главная